
Когда видишь запрос ?Китай аккредитация лаборатории по системе cnas производитель?, сразу понимаешь — человек ищет не теорию, а путь к реальному сертификату. Многие думают, что это просто ?бумажка? для экспорта, но на деле это полная перестройка процесса контроля качества на производстве. Я работаю с этим в контексте нефтесервиса, конкретно с проппантами, и могу сказать, что без CNAS сегодня на серьёзный рынок выходить почти бесполезно. Возьмём, к примеру, нашу компанию — ООО Цинтунсяский завод пропантов Жуйтун (https://www.rtzcj.ru). Мы производим проппанты для ГРП, и когда встал вопрос о расширении поставок, стало ясно: доверие клиентов начинается с аккредитованной лаборатории.
Здесь часто возникает первый разрыв между ожиданием и реальностью. Руководство может решить: ?У нас есть свои лаборанты, оборудование, мы и так контролируем?. Но CNAS — это не про наличие приборов. Это система, признаваемая на международном уровне через соглашения ILAC. Для производителя, который, как и наш завод Жуйтун, ориентирован на экспорт, это часто становится техническим требованием контракта. Покупатель хочет видеть, что каждая партия проппантов проверена по методикам, которые не мы придумали, а которые соответствуют жёстким стандартам, например, ISO 13503-2.
В нашем случае, когда мы только начали изучать вопрос, была иллюзия, что можно адаптировать существующие процедуры. Оказалось, что ключевое слово здесь — ?система?. Лаборатория должна быть не просто помещением при цехе, а независимым структурным подразделением с документально зафиксированной компетенцией, прослеживаемостью эталонов и полным циклом управления рисками. Это было первым и, пожалуй, самым болезненным осознанием.
Пришлось фактически создавать лабораторию с нуля, даже при том, что какая-то база была. Закупали не просто анализаторы размера частиц или прессы для определения прочности на раздавливание, а сразу думали о том, как это оборудование будет проходить регулярные поверки, как будут храниться образцы для сличения. Всё это — прямые требования CNAS. Без этого даже подать заявку на оценку нельзя.
Если оборудование можно купить за деньги, то с документацией так не выйдет. Это та часть, где многие производители спотыкаются. Нужно было разработать не просто папку с методами, а целый комплект: руководство по качеству, процедуры, рабочие инструкции, формы записей. И всё это — не для галочки, а для реального ежедневного использования.
Мы, на заводе Жуйтун, допустили типичную ошибку на старте: поручили это отделу контроля качества, который был завален текущей работой. В итоге документы писались ?под копирку? из чужих примеров, без привязки к нашим реальным процессам. Когда приехали внутренние аудиторы (мы наняли консультантов), они быстро выявили этот разрыв. Например, в методике определения насыпной плотности проппанта была ссылка на тип оборудования, которого у нас уже не было после модернизации. Пришлось переделывать.
Самый ценный совет, который я могу дать: документацию должен писать или как минимум активно участвовать в её написании тот, кто непосредственно работает в лаборатории. Техник, который ежедневно проводит ситовый анализ, лучше всех опишет нюансы и возможные отклонения. Это придаёт документам ту самую ?живость? и практичность, которую ищут эксперты CNAS. Они ведь смотрят не на красоту формулировок, а на то, может ли по этому документу новый сотрудник воспроизвести результат.
Сама оценка на соответствие требованиям CNAS — это многоэтапный процесс. Аудиторы пристально смотрят на несколько ключевых областей. Первая — техническая компетентность. Здесь проверяется всё: от квалификации персонала (нужны дипломы, свидетельства о повышении квалификации, журналы инструктажей) до состояния и калибровки оборудования. Я помню, как у нас возникла проблема с термостатом для подготовки образцов. По паспорту всё хорошо, но журнал калибровки вёл один сотрудник, а пользовались все по очереди, и записи были неполными. Аудитор это заметил за пять минут.
Вторая область — система менеджмента. Это та самая ?невидимая? часть, которая доказывает, что лаборатория работает как отлаженный механизм, а не как группа энтузиастов. Проверяют, как управляются записи, как расследуются несоответствия, как обеспечивается конфиденциальность данных. Для производителя, интегрирующего лабораторию в заводскую структуру, здесь сложность в разделении потоков информации. Данные по контролю партии проппанта нужны и производственному цеху, и отделу продаж, но лаборатория должна предоставлять их, не теряя независимости суждения.
Третье — участие в межлабораторных сравнительных испытаниях (МСИ). Это обязательное требование. Нам пришлось искать подходящие программы именно для проппантов. Это оказалось нетривиально, так как многие программы ориентированы на более распространённые материалы. Участие в МСИ — это лучший способ доказать, что твои результаты достоверны. Первые раунды были неутешительными — наши данные по прочности на раздавливание выбивались из общего ряда. Пришлось искать причину: оказалось, неправильно готовили образец. Без этого внешнего ?зеркала? ошибка могла бы остаться незамеченной годами.
Получить сертификат CNAS — это не финиш, а старт новой работы. Лаборатория должна стать неотъемлемой частью производственного цикла. В ООО ?Цинтунся Жуйтун Пропант? после аккредитации мы столкнулись с сопротивлением на местах. Старые производственники привыкли, что ?лаборанты что-то там мешают?, а теперь от их вердикта (?годен/не годен?) зависела отгрузка целой партии.
Пришлось налаживать новые процессы коммуникации. Например, если лаборатория отклоняет партию сырого сырья (того же барита), то отчёт должен мгновенно и в понятной форме поступать не только начальнику ОТК, но и в отдел закупок и в цех. Мы внедрили простую цифровую систему оповещений, которая сократила время реакции с суток до часа. Это напрямую повлияло на экономию средств.
Ещё один важный момент — использование результатов аккредитации в маркетинге. На сайте rtzcj.ru мы не просто указали, что лаборатория аккредитована по CNAS. Мы добавили в раздел о качестве конкретные области аккредитации: например, ?Определение кислотной растворимости? или ?Анализ гранулометрического состава?. Это даёт потенциальным клиентам чёткий сигнал: мы можем доказать заявленные характеристики продукта на уровне, признаваемом в других странах. Это сильнее любой рекламной фразы.
Оглядываясь назад, можно выделить несколько ловушек, в которые попадают многие производители, включая нас на начальном этапе. Первая — недооценка временных и финансовых затрат. Процесс от принятия решения до получения сертификата может занять от полутора до двух лет и требует значительных инвестиций не только в ?железо?, но и в обучение персонала, консультантов, участие в МСИ. Нужно быть к этому готовым.
Вторая ошибка — формальный подход. Можно нанять дорогую консалтинговую фирму, которая ?нарисует? идеальную систему под ключ. Но если ваши сотрудники её не понимают и не принимают, во время аудита всё развалится. Аудиторы CNAS очень опытные, они задают простые вопросы рядовым техникам: ?Покажите, как вы калибруете этот прибор? Что будете делать, если в процессе анализа отключится электричество??. По ответам сразу видна реальная практика.
И последнее — считать аккредитацию разовым проектом. Система требует постоянного поддержания: ежегодные внутренние аудиты, периодические надзорные оценки со стороны CNAS, постоянное обновление методик при изменении стандартов. Для завода, выпускающего проппанты, барит и известняковую муку, это означает, что лаборатория из центра затрат должна превратиться в центр экспертизы и добавленной стоимости. Только тогда инвестиции окупятся сторицей, укрепляя репутацию бренда Жуйтун на международном рынке.